мышц. Один глаз он потерял ~— вместо него зиял глубокий багрово-чёрный кратер. Грязная борода наёмника, обрамляющая разинутый рот, не скрывала смертельного оскала, а оставшийся глаз уставился на Кентрила.
Остальные части тела Харго выглядели не лучше. Правая рука откушена по плечо, грудь и живот разворочены, из них выпирают ребра, кишки и прочие внутренности.
— Капитан Дюмон, - проскрипел чудовищный посетитель.
Пальцы Кентрила безвольно разжались и кинжал выскользнул из руки капитана. Он оглянулся, но ужасающее видение никого больше не разбудило. Его отряд крепко спал.
— Хар… Харго? — прохрипел, наконец, он.
— Капитан Дюмон. - Труп, шатаясь, сделал пару шагов, с обглоданного тела капала речная вода. — Ты не должен быть здесь.
Кентрил внезапно почувствовал твёрдую уверенность, что должен сидеть сейчас в своём любимом кабаке в Западных Пределах, напиваясь в хлам. Впрочем, он готов был оказаться вообще где угодно, только бы не здесь.
— Тебе надо уйти, капитан, - продолжил Харго, будто совершенно не подозревающий о дыре на месте собственного горла, которая в принципе должна была лишить его возможности говорить. — Тут поселилась смерть. Она забрала меня, а я заберу вас… вас всех…
Предупредив Кентрила, мертвец протянул ему руку. Бледная луна отчётливо осветила гниющий труп Харго.
— Что хочешь сказать? — выдавил Дюмон. — Что ты имеешь в виду?
Но Харго лишь повторил свою угрозу — или предостережение?
— Я убью вас всех. Как убили меня, капитан… Заберу всех, как смерть забрала меня…
С этими словами мертвец поднял изуродованное лицо к залитым луной небесам и испустил холодящий кровь вопль, полный горя и страха.
Кентрил не был трусом, но на этот раз он сломался. Он упал на колени и прижал ладони к ушам, отказываясь слышать этот леденящий сердце крик. Из его глаз полились слёзы.
Крик резко оборвался.
Все ещё зажимая уши, капитан осмелился поднять взгляд… и проснулся.
— А-ах!
Он выбрался из спального мешка, откинул одеяло и, пошатываясь, встал на ноги. Только распрямившись, он заметил, что его люди тоже испуганно вскрикивают и вскакивают, дико оглядываясь вокруг. Двое обнажили мечи и, точно обезумев, размахивали ими, рискуя ранить своих товарищей. Ещё один боец сидел оцепенев, уставившись в пространство широко раскрытыми немигающими глазами, а тело его сотрясала мелкая дрожь.
С губ едва ли не каждого воина слетало, шёпотом или воплем, одно-единственное имя — имя Харго.
— Я его видел! — выдохнул Оскал. — Он стоял передо мной, точно такой же, как в жизни!
— В нём не было ничего живого, — прорычал другой. — Сама смерть не могла бы выглядеть хуже!
— Это было предупреждение! — провозгласил Бенджин. — Он хочет, чтобы мы убрались отсюда немедленно! — Он потянулся к своему спальному мешку. — Что ж, я готов!
Вид испуганных солдат привёл капитана Дюмона в чувство. Какое бы ужасное сообщение ни передал им Харго, здравый смысл по-прежнему мешал в это поверить.
— Всем оставаться на местах! — рявкнул офицер. — Никто никуда не уходит!
— Но, капитан, — запротестовал Оскал, — ты тоже его видел! У тебя это на лице написано!
— Может, и так, но это не причина мчаться очертя голову в джунгли, чтобы нас там постиг такой же конец, как беднягу Харго, а?
Слова командира отрезвили солдат. Оскал уронил одеяло, взгляд его невольно метнулся к густой зелени за спиной. Бенджин содрогнулся.
— А ты что скажешь. Горст?
Помощник Кентрила казался самым спокойным из всего отряда, хотя даже на его вечно радостном, лице появилась тень тревоги. Но всё же капитана Дюмона порадовало, что Горст не стал жертвой паники, как все остальные.
— Здесь лучше, — пробурчал великан. — Там хуже.
— Ну что, слышали? Даже Горст не отважится бежать в джунгли прямо сейчас!