возвестил о прибытии на командный пункт. Отошла в сторону герметическая пластмассовая створка, и Крофт оказался в компьютерном зале управления. Повсюду мерцали экраны терминалов. Следуя давно заведенной привычке, он, войдя, бросил взгляд вверх, на изгибавшийся прозрачный купол. Ураганный ветер, практически не утихавший на этой метановой планете, наталкивался на силовое поло, постоянно окружавшее купол, вызывая ионизацию газа купола, и он всегда был окружен цветным ореолом, в котором тут и там вспыхивали разноцветные сполохи Выглядело это жутковато, но в зрелище этом была какая-то жестокая красота. И оно, как и в самый первый день, неизменно впечатляло Крофта.
Оторвав взгляд от прозрачного потолка, Крофт подошел к Хэнксу, сидевшему за пультом на небольшом возвышении прямо напротив входа в тал.
– Ну?
– Ситуация не изменилась, – коротко проинформировал его Хэнксон и с едва уловимой улыбкой добавил:
– Но и нет никаких оснований тешить себя надеждой, что заключенные сдадутся сами.
Крофт промолчал Словесные дуэли никогда не были его сильной стороной, в то время как Хэнксон в области жонглирования словами был непревзойденным мастером.
– Я получу наконец сводку о том, что происходит, или вам для этого требуется особое распоряжение? – спросил он. В его голосе чувствовалось раздражение.
Хэнксон принялся нажимать кнопки на пульте. На огромном экране перед ним появилась карта-схема одного из участков шахты.
– Секция «Любовь 8-15», – объявил он, хотя и так было видно, что это за секция.
В одной из штолен вспыхнула красная лампочка.
– Восставшие заключенные находятся примерно вот здесь.
– «Примерно»… – передразнил его Крофт. – От солдата я жду четкого и ясного доклада.
– Бунтовщики уничтожили камеру наблюдения, и, поскольку у меня не было от вас разрешения предпринимать что-либо, я не отдавал приказа послать туда робота-ремонтника, – невозмутимо отвечал Хэнксон.
Он снова нажал несколько клавиш, и на экран, не появились точки, на сей раз они были черными, в желтом обрамлении.
– Эти несколько роботов-штурмовиков я приказал расположить перед подъемником. Если желаете, я сию же минуту направлю их в секцию.
– Что вам известно о вооружении этих ребят там, внизу?
– Они расправились с надсмотрщиком и сумели обезвредить и робота-надсмотрщика. Следовательно, у них должен остаться лучемет. И кроме того, возможно, и лазер робота.
– Стало быть, у них всего два вида оружия, возможно, даже один, – пробормотал Крофт и озабоченно потер подбородок.
Электрохлыст он оружием не считал. Это было не оружие, а игрушка для того чтобы привести в чувство расшалившихся детей.
– Если мы пошлем против них роботов-штурмовиков, шансов у них никаких. Этот бой не займет и минуты. Вряд ли они за это время успеют наворотить больших дел.
Хэнксон, казалось, не склонен был безоговорочно принимать последнее утверждение.
– Я не думаю, что все так просто, – признался он. – В стратегическом отношении бунтовщики имеют преимущество. Хотя они для нас как на сцене, но практически невозможно подобраться к ним незамеченными.
Крофт не сомневался, что расслышал в голосе Хэнксона язвительные нотки. Но тем не менее воздержался от комментариев по этому поводу, лишь кивком давал Хэнксону понять, чтобы тот продолжал.
– Кроме того, эти люди отлично знают, что терять им нечего, – продолжал капитан с самодовольной ухмылочкой. – Я убежден, что они, едва мы двинемся на них, откроют беспорядочную стрельбу, лишь бы нанести руднику наибольший урон. А если у них есть и лазер, и лучемет, то при наличии неблагоприятных для нас обстоятельств они вполне могут вызвать цепную реакцию. И похоже на то, что от этого пострадает не только «Любовь 8-15».
Крофт наморщил лоб, склонившись над картой,