кулак и стал покусывать суставы. - Мне
известно, что она еще жива. Но если об этом знаю я, то знает и он! Поэтому
нельзя отправлять мальчика к Мейгри! - Платус обхватил голову руками. Его
мысли кружились как белка в колесе. - Именно она сказала, чтобы я взялся за
это дело. А потом бросила меня! Оставила одного! - Он тяжело вздохнул и
вытер пот со лба. - Она улетела, чтобы спасти нас. Она понимала, что с ней
мы в большой опасности. Но опасность все-таки нас постигла. И кто теперь
остался?
Платус начал перебирать в уме имена известных деятелей элитного
общества. Мейгри - пропала, Данха Туска - умер, Анатоль Ставрос - мертв.
Дерек Саган...
Непроизвольно Платус стал тихо напевать тенором. Голос его был тонким
и пронзительным, но не фальшивил.
- "Libra me, Domine, de morte acterna in die ilia tremenda". [Избавь
меня, Господи, от долгой смерти в тот страшный день (лат.)] - Внезапно
голос оборвался. "Эта музыка звучит у меня в голове! Но я не должен петь ее
вслух. Дайен может узнать ее и заподозрить..."
- Эй, приятель! Я слышал, как ты поешь. Боже, какая мрачная песня! -
Это был Таск. - Пустота усиливает звук, и снаружи так гремело, что у меня
мурашки пошли по телу. Кстати, что это за песня?
- Реквием. Месса по усопшим.
- Господи, ну ты и мастер пугать! - Таск почувствовал, как дрожь
пробежала по телу, и поторопился перейти к делу. Чем скорее он избавится от
этого типа, тем лучше. - Послушай, у меня есть идея. Сколько лет мальчику?
- Семнадцать.
- Здорово! Как насчет военного училища? Один мой приятель руководит
подобным заведением. Он мне кое-чем обязан. Я мог бы без труда устроить
парнишку.
- Военное училище, - повторил Платус и с трудом глотнул воздух. -
Какая ирония! Какая жестокая ирония!..
- Послушай, - сказал Таск, опуская глаза.
- Понимаю... - Платус провел рукой по лицу. - Время уходит. - Голубые
глаза пристально смотрели в лицо молодому человеку. - Хорошо. Я доверяю
вам, Мендахарин Туска.
- Доверяете мне? Я же дезертир! Вор...
- Почему вы бросили службу? - прервал его Платус.
- Скажем так: мне не нравилось, как она оплачивалась.
- Не нравилось, как она оплачивалась, или не нравилось то, за что
платили? В вас очень много от отца, Туска. Больше, чем вы думаете. Данха
Туска был человеком чести и очень храбрым, но самое главное - он умел
сострадать. Я передаю мальчика в ваши руки. Мальчика и, возможно, что-то
гораздо большее... - Последние слова Платус произнес про себя.
- Что? Да ладно, - Таску явно не терпелось закончить разговор, - буду
ждать вас здесь.
- Запомните: никому не рассказывайте о ваших планах. Постарайтесь,
чтобы никто не видел и не знал, чем вы занимаетесь. Мы будем ждать.
Вечером, в 18.00. - Вынув старый кожаный кошелек из кармана потертых
джинсов, Платус протянул его Таску. - Вот. Уверен, этого хватит на все.
Таск взял кошелек, взвесил его на ладони, услышал звон монет и в
нерешительности остановился. Платус торопливо зашагал к выходу.
- Эй, подождите минуту, - крикнул Таск. - Отец говорил, что если я
понадоблюсь таким, как вы, значит, дела плохи. Фактически безнадежны. Как я
понимаю, сложилась именно такая ситуация?
Платус оглянулся.
- Да, именно.
Таск неторопливо подошел к нему.
- Один вопрос.
- Не обещаю, что отвечу.
- Кто охотится за мальчиком? Вы отправляете его с Сирака-7, потому что
он на крючке. Мне было бы полезно знать, от кого мы бежим?
- Возможно. - Платус улыбнулся своей печальной улыбкой.