Полагаю, наш разговор не записывается.
- Боже упаси! - содрогнулся Роубс.
- Бог думает о вещах поважнее. Если позволишь...
Абдиэль поднял правую руку. Лампочки в зеркале погасли, потухла
настольная лампа. Кофеварка отключилась в разгар работы, музыка умолкла.
- Что вы сделали? - Роубс встревоженно огляделся вокруг.
- Прервал электроснабжение помещения.
- Но ведь это всполошит охрану! - Президент вскочил на ноги.
- Нет, мой дорогой, нет. Не будь таким нервным. Их не оставит
впечатление того, что все хорошо. Что хорошо кончается. - Абдиэль
усмехнулся своей незатейливой шутке. - Надеюсь, что это закончится хорошо.
А ты, Питер? Сядь, пожалуйста.
Президент опустился в кресло, заметив, что от его ладоней на
полированном дереве остались влажные следы.
- Что это за шутку вы отпустили, когда вошли?
- Не помню, - вкрадчивым голосом ответил Абдиэль. - Забывчивость
свойственна старости. Напомни-ка.
Роубс метнул в его сторону злобный взгляд.
- Вы ни разу в жизни ничего не забывали. Чего вы от меня хотите? Зачем
вы здесь?
- Не перескакивай с предмета на предмет, Питер. Это придает тебе
неуверенный вид.
Роубс, который уже кипел, выдохнул, пытаясь сохранить спокойствие:
- Я говорил что-то роботу насчет того, чтобы объявить о гибели Сагана,
а вы сказали...
- Ах да. Припоминаю. "Желаемое за действительное" или что-то вроде
этого.
- Что вы имели в виду? - резко спросил Роубс.
- Что Саган не погиб, мой дорогой. На самом деле он очень даже жив.
Роубс машинально взял ручку и стал постукивать по блокноту.
- Тогда - это лишь вопрос времени. Я видел донесения о битве.
Коразианцы превосходят его флот почти в двести раз. Никто - даже Дерек
Саган - не сможет одержать победу при таком соотношении!
- Как обычно, у тебя неверные сведения. Или, скорее, ты еще не видел
последней информации. В последнюю минуту Саган сумел вступить в союз с
группой наемников под началом некоего Джона Дикстера.
- Дикстера? - Губы Роубса скривились в нервной ухмылке. Он бесцельно
вертел в руках ручку. - Это у вас неверные сведения, Абдиэль. Дикстер и
Саган - смертельные враги. Они стали врагами еще до революции. Дикстер -
роялист. Саган был предателем, предводителем мятежа, ставшего причиной
гибели обожаемого Дикстером короля. Потом была эта женщина, Страж.
Морианна. Мейгри Морианна. Любовный треугольник...
- Треугольник, точно. Но не обязательно любовный. Ты забываешь,
дорогой, что я хорошо знаю и Сагана, и леди Мейгри. Действительно очень
хорошо.
Машинальным, привычным движением Абдиэль, улыбаясь, начал массировать
кисть левой руки.
- Не так хорошо, как бы вам хотелось, - сказал Роубс, пробормотав эти
слова про себя.
Абдиэль то ли слышал, то ли угадал его мысль.
- Ревнуешь, мой дорогой, потому что ты сломался, а они нет. Но тогда
они были очень молодыми, им еще и двадцати не было. Это была моя ошибка.
Юность всегда мятежна, независима. Юности нечего предложить, потому что у
нее все есть. Или она думает, что у нее есть все. Надо было попробовать еще
раз, когда они стали старше, но у меня уже был ты, и я решил, что этого
достаточно.
Абдиэль вздохнул почти тоскливо.
- Что значит "сломался"? - почти закричал Роубс. - Возможно, я и
соединялся с вами иногда, но лишь для того, чтобы поделиться мыслями,
воодушевиться! Вы не управляете мной, как вы управляете своими чертовыми
послушниками!
- Спокойно, Питер, спокойно.