Останься, Камила, – повернулась к ней Астарта. – Прошу тебя.
– Нет, – ни на кого не глядя, ответила Камила. – Я отправлюсь в путь с королем.
– Камила… – начал было Дайен.
– Если вы не возражаете, – перебила его Камила, обращаясь к Флэйму, – я хотела бы сопровождать его прямо сейчас.
Флэйм был само сочувствие и понимание.
– Мы отправляемся на борт королевского флагмана. Охрана будет счастлива проводить вас.
Гордо выпрямившись, Камила вышла из комнаты, ни слова не сказав тем, кто остался у нее за спиной.
– Ее величество будет находиться на моем флагмане, – сказал Флэйм Дайену. – Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ее путешествие было приятным и удобным. Цель нашего маршрута – Минас Тарес. Королеве лучше всего быть во дворце, когда придет сообщение о трагедии. И, конечно, я хотел бы на всякий случай оказаться рядом с ней…
Дайен не отвечал. Флэйм пошел к выходу, но приостановился и вернулся обратно.
– Черт побери, кузен! Не заставляйте меня делать это! Отрекитесь от престола. Живите себе с этой девушкой. Многие мужчины жизнь бы отдали за такую любовь, какая у нее к вам. Что значит быть королем по сравнению с этим?
– Это значит – мой долг, – сказал Дайен, – моя ответственность. Это то, с чем мы родились – и вы понимаете, что я хочу сказать. Чего стоит наша жизнь без этого?
– Ничего, вы правы. – Флэйм с восхищением смотрел на Дайена. – Я понимаю вас. Простите меня, кузен. Не будем больше об этом. Через пять минут я вернусь, – сказал он, и дверь за ним закрылась.
Дайен и Астарта смотрели друг на друга так же застенчиво и робко, как в ту первую несчастную ночь, которую они провели вместе. Дайен протянул Астарте руку, потом другую.
– Простите ли вы меня за то, что я был слепым глупцом? – спросил он.
Она взяла его руки в свои и крепко прижалась к нему.
– Только если вы простите меня за то, что я была эгоистичным чудовищем.
Он еще ближе привлек ее к себе. Никогда раньше он не замечал, какой хрупкой кажется она в его объятиях и какая она, однако, сильная.
– Это моя мать виновата, что заставила нас вступить в брак, – прошептала Астарта.
– И я всегда так думал, – сказал Дайен, – но теперь я в этом не уверен. Может быть, какой-то Бог… или Богиня предрешили нашу судьбу. – Он погладил ее по волосам. Наверное, он только что заметил, что они в беспорядке. – Астарта, – тихо продолжал он, – как ни страшна моя смерть, ваша жизнь будет еще страшнее.
– Не надо… – ее глаза наполнились слезами.
– Тихо, выслушайте меня. Вы можете избежать этого брака. Флэйм не станет добиваться этого от вас. У него слишком много других интересов и целей. Я мог бы убедить вас согласиться на этот брак, но не буду делать этого. У вас есть сила, могущество. Они в вашей вере, в вашем чувстве собственного достоинства. Подданные восхищаются вами. Вы можете использовать свою силу, чтобы укротить моего кузена. Ему это придется не по нраву. Он станет вашим врагом и поведет с вами борьбу, но остановить вас не сумеет. Будьте настойчивы и тверды, действуйте расчетливо и тонко – и вы создадите сопротивление тирании моего кузена, сопротивление, которое будет непобедимым. Может быть, придет время, когда вы сумеете свергнуть его с престола.
– С помощью нашего ребенка.
– Нашего ребенка. Единственно, о чем я жалею, что никогда… – Дайен запнулся, и силы оставили его на миг, – никогда не увижу его…
Он не мог больше говорить. Они стояли, прижавшись друг к другу, и их печальное молчание было красноречивее всех сказанных за три года слов.
– Пора идти, узурпатор, – сказал, просунув в дверь голову, охранник.
Астарта высвободилась из объятий Дайена, привела в порядок свои волосы и, выпрямившись, стояла, улыбаясь и блестя глазами. Вот так же расставались они, когда этого