еще хуже. В конце концов...
когда мы подлетели к этой планете, опоясанной защитными установками -
которые не собираются демонтировать - и нашему кораблю, кораблю Всемирного
флота указали на какое расстояние он может подойти... Как ты думаешь,
какие мысли могли возникнуть у человека, не один год прослужившего в
Военном флоте?
Хейм закусил губу.
- Да. Этот приказ вашему кораблю был ошибкой. Я выступил в совете
против этого, но голосование решило иначе. Могу поклясться, что ни у кого
и в мыслях не было нанести вам оскорбление. Просто большинство считает,
что мы должны продемонстрировать свой суверенитет с самого начала. После
того, как данный прецедент будет воспринят как надо, мы успокоимся.
- Но почему?
Ярость окончательно ушла, не оставив Петерсу ничего, кроме боли и
изумления.
- Эта фантастическая декларация независимости... какие виды
вооруженных сил имеются в вашем распоряжении? Ваш флот не может
насчитывать больше боевых единиц, чем твой старый капер, да может быть еще
несколько трофейный кораблей. Ну, плюс еще полиция. Какую силу могут
противопоставить, нам полмиллиона людей?
- Уж не угрожаешь ли ты нам, Моше? - мягко спросил Хейм.
- Что? - взвизгнул Петерс и остановился, хватая ртом воздух. - Что ты
имеешь в виду.
- Может быть, Земля собирается завоевать нас по примеру алеронов?
Вам, конечно, это удалось бы. Пришлось бы потратить немало кораблей и
денег, но в конечном счете это удалось бы.
- Нет... нет... Вы что - все здесь за время оккупации превратились в
шизофреников?
Хейм покачал головой.
- Напротив, мы полагаемся на добрую волю и здравый смысл Земли. Мы
ожидали, что вы будете протестовать, но в то же время, мы знаем, что вы не
станете применять силу. Тем более теперь, когда и ваша и наша планета
совместно пролили столько крови.
- Но... послушай. Если вы хотите получить национальный статус - что
ж, это касается главный образом французского правительства. Но судя по
твоим словам, получается, что вы вообще покидаете Федерацию!
- Именно так, - подтвердил Хейм. - По крайней мере, юридически. Мы
надеемся установить взаимоотношения с Землей в целом и всегда будем
находиться в родстве, если можно так выразиться, с Францией. Фактически,
Президент считает, что Франция будет только "за" и отпустит нас с миром.
- М-м... Я боюсь, что он прав, - как-то угрюмо сказал Петерс. Он
снова принялся ходить туда-сюда, двигаясь все еще весьма механически. -
Франция все еще весьма холодно относится к Федерации. Она не станет
выходить из нее сама, но будет рада, если вы сделаете это за нее, тем
более, если ее интересы при этом не пострадают.
- Она больше не станет точить зуб на Федерацию, - предсказал Хейм.
- Да, в свое время ты вырвался на свободу с той же целью?
Хейм пожал плечами.
- В определенной мере это без сомнения так. Конференция в Шато Сант
Джеквес была не что иное, как одна чудовищная эмоциональная сцена, поверь
мне. Плебисцит выявил подавляющее большинство в пользу независимости. Но
причиной тому была не только обида новоевропейцев на то, что Земля не
пришла им на помощь в трудную минуту. Корни основных причин уходят в
будущее.
- Де Виньи тоже пытался убедить меня в этом, - фыркнул Петерс.
- Что ж, давай теперь я попробую; только боюсь, мой язык не столь
элегантен. Что такое Федерация? Нечто святое или просто орудие для
достижения цели? На ваш взгляд, как раз последнее, причем служить своей
цели здесь она не может.
- Гуннар, Гуннар,