человека во всем этом огромном городе, на которого я мог бы полностью положиться. Барнуд не любит пришельцев. Он чувствует чужих и выдавливает их, изгоняет как постороннее тело. Я лишь скользил по его поверхности, не имея возможности соприкоснуться ни с одной из загадок, переполнявших этот город.

Так будет продолжаться до тех пор, пока я не придумаю способа расколоть его внешне непроницаемую оболочку.

Прежде всего мне необходимо проникнуть в «Феникс». В любое его учреждение. Такая большая фирма не могла обойтись без использования дешевой рабочей силы, которую представляли собой прибывающие с Земли эмигранты, и мне следовало воспользоваться этой лазейкой. По опыту предыдущих расследований я знал, что на первом этапе, пока у меня еще не было налаженных связей и людей, следовало действовать самым простым путем – официальным.

Найти бюро «Феникса» по найму рабочей силы не составило особого труда. Объявления о найме встречались в Барнуде на каждом углу. Бюро еще не открылось, но у входа уже толпились несколько подозрительных личностей, основательно заросших, в потрепанной одежде, с лихорадочным блеском в глазах. Судя по их рефлексам, блеск был вызван не голодом, а остатками вчерашних возлияний или, того хуже, – наркотиками. Чего они ждут здесь? Для чего «Фениксу» эти жалкие оборванцы?

Я знал, что к горным комбайнам класса «Дельта» допускают только настоящих специалистов. Мой внешний вид после ночи, проведенной в забегаловке постоялого двора, мало чем отличался от толпившихся у дверей людей, но все же шансов получить работу у меня было гораздо больше.

Я проверил в нагрудных карманах два пакета различных документов. Если судить по ним, то Крамов провел на Барнуде без малого год и уже успел сменить нескольких работодателей. Я знал, что эти документы не выдержат серьезной проверки, но не слишком об этом беспокоился. Во-первых, нелегальные эмигранты сплошь и рядом пользовались фальшивыми документами, во-вторых, я не претендовал на высокие должности квалифицированного персонала.

Впрочем, мой второй пакет документов мог бы выдержать любую проверку, но его я собирался использовать лишь в крайнем случае, поскольку это был мой последний спасательный круг.

Судя по объявлению, вывешенному на дверях, контора должна была открыться минут через двадцать. Меня удивило и насторожило гнетущее молчание очереди. Обычно в таких местах люди отводят душу друг перед другом. Ругают администрацию, рассказывают о своих неудачах или успехах. Здесь этого не было, претенденты на работу в «Фениксе» прятали друг от друга глаза, словно их объединяла некая постыдная тайна, словно они стояли в очереди в бордель или на прием к наркологу. Возможно, из-за этого гнетущего молчания ожидание показалось мне слишком долгим. Но наконец автоматическая дверь отъехала в сторону, и голос в динамике над нашими головами произнес:

– Прошу заходить по одному. Заранее приготовьте документы, экономьте наше и свое время.

Очередь двинулась. Дверь больше не закрывалась, и было видно, как вошедший человек опустил пакет с документами в узкую щель около стойки, закрытой непрозрачным стеклом.

Передо мной стоял рыжий парень в поношенной куртке, с раскосыми, прищуренными глазами. Казалось, он едва сдерживает негодование, и я решил попытаться вызвать его на откровенность.

– Похоже, у них здесь нет служащих. Скорее всего нашу судьбу решает машина.

– Официально это запрещено. Но это не имеет значения. Каждый из тех, кто сюда приходит, получает работу.

– Так просто?

– Конечно, просто. Так же просто, как сдать свою кровь.

– Прости, друг, но я первый раз решил поискать работу в «Фениксе», здесь что-то не так?

– Говори тише, кроме динамика, здесь есть и уши, – он понизил голос почти до шепота. –