домой после окончания смены.

Видимо, он решил отложить звонок до следующей кружки. И я, наконец, понял, что дальнейшее ожидание становится не просто бессмысленным, но и опасным. У меня мелькнула безумная мысль подойти к вифону и набрать ее номер. Но я уже наделал сегодня достаточно глупостей. После такого звонка через пару минут здесь окажутся люди «Феникса», странно, что их нет до сих пор.

И когда я собрался встать и покинуть свой наблюдательный пост, так и не решив, что мне делать дальше, – она появилась…

Лания шла в легком голубом плаще, защищающем от постоянной барнудской пыли. Своей стремительной и такой до боли знакомой походкой она направилась к станции воздушки.

Я почувствовал, как мое сердце громко ударило два раза и остановилось на секунду… Кажется, я произнес вслух достаточно громко, чтобы бармен обернулся в мою сторону: «Этого не может быть. Это невозможно». Я отставил кружку и медленно, слишком медленно поднялся из-за столика. К счастью, в капсуле, поджидавшей меня в пустыне, было достаточно местных денег. Я бросил на стол монету, не слишком крупную, чтобы не вызвать новых подозрений бармена, и не торопясь направился к выходу.

Я буквально чувствовал на своей спине его сверлящий взгляд. Я так и не узнал, бросился ли он к вифону, как только за мной захлопнулась входная дверь заведения. Все это уже не имело никакого значения.

Сначала меня отделяло от нее пятьдесят метров, потом двадцать, потом я удачно затесался среди небольшой группы приезжих, ожидавших вагон воздушки. Затем мне удалось сесть с ней в один вагон и остаться незамеченным.

Через пять остановок она сошла. Улицы уже опустели, и любого прохожего видно было за полквартала. К счастью для меня, барнудский смог позволял надеть воздушную маску и защитные очки, не вызывая при этом подозрений прохожих. Лучшую маскировку трудно было придумать. Я не знал, что бы сделала эта Лания, если бы узнала меня… Остатки здравомыслия не позволили мне приблизиться к ней на людях, зато теперь…

Мы вместе пересекли улицу возле ее дома. Она ускорила шаги, очевидно заметив странного преследователя. Вокруг по-прежнему никого не было, и, нагнав ее у самого подъезда, я снял маску.

– Здравствуйте, мисс Брове…

Я не смог назвать ее по имени. Я чувствовал, как сердце отчаянно колотилось, а легким не хватало воздуха, вероятно, из-за барнудского смога.

– У вас очень странные манеры, мистер Егоров, и прогрессирующая мания преследования. Почему вы не позвонили в мою контору? Я ведь дала вам номер вифона, который не прослушивается.

– Здесь нет таких вифонов. Да это, в общем, и не важно…

Я чувствовал солоноватый привкус во рту от прикушенной губы. Мне хотелось закричать. Но даже это ничего бы не изменило в том простом факте, что Лания, которую я здесь встретил, ничего не знала о Барнуде-2…

– Вы исчезли на целый месяц. Я не знала, что и подумать. Администрация рудника на мой официальный запрос…

– Послушайте, мисс Брове, не могли бы мы поговорить где-нибудь в другом месте? Например, у вас дома. Поверьте, я не набрасываюсь на малознакомых женщин. Есть обстоятельства, важные для нас обоих, которые необходимо прояснить.

Секунду она смотрела на меня внимательно, слегка расширившимися глазами. За эту секунду мне показалось, что в ее глазах мелькнуло что-то от той Лании, которую я знал.

– Что с вами случилось, мистер Егоров?

Я чуть было не сказал, что это случилось с нами обоими.

– Больше месяца о вас не было ни слуху не духу.

Лишь сейчас до меня дошел смысл сказанного ею.

– Месяц? Этого не может быть! Я был там всего неделю!

– Где вы были, мистер Егоров?

– В Барнуде-2. И мы были там вместе, мисс Брове. Поверьте, мы были там вместе…

Я чувствовал, как меня охватывает отчаяние. Месяц – слишком