осторожно сняв породу, обнажить ткань… Хоть это было непросто и стоило жизни нескольким нашим проходчикам. Только после того, как Гифрон убедился, что мы не собираемся причинять ему вред, он позволил закончить выработку. Хотите на него посмотреть?

– Конечно, хочу. Насколько это безопасно?

– Мои люди находятся там постоянно. После того как проходку закончили, он никому не причинил зла.

– У меня с собой есть вещь, которая Гифрону или, по крайней мере, его биологическим объектам определенно не нравится. Хотите посмотреть?

Я снял с пояса кинжал и протянул ему нож не так, как это обычно делается, а наоборот, лезвием вперед.

– Осторожно возьмите за лезвие. К рукоятке не прикасайтесь. Эта штука не любит новых хозяев. Я нашел ее в старых развалинах, в парамире. С тех пор она со мной неразлучно. Я не могу оставить ее в вашем кабинете. Через несколько минут она снова окажется у меня на поясе.

Когда Коленский увидел кинжал, на его лице появилось какое-то потустороннее выражение, которое бывает только у лунатиков, идущих по крыше чужого дома.

– Вы хотя бы отдаленно представляете ценность этой вещи? Это же гиссанский кинжал!

– Гиссанский? Вы уверены? Но ведь гиссанцы и Гифрон, по вашим данным, составляли в древности одну единую цивилизацию.

– Это всего лишь предположение, основанное на том, что следы деятельности тех и других находят чаще всего в одних и тех же местах. Гиссанская цивилизация настолько старая, что от нее почти ничего не осталось, и установить сейчас, в каких отношениях находились эти существа с Гифроном, не представляется возможным. Книгу, которую нашел мой друг археолог Тай, посчитали подделкой, тем не менее ему удалось прочитать часть гиссанских текстов.

– Каким образом могла сохраниться книга?

– Это необычная книга. У нее была единственная металлическая страница, и время от времени на ней появлялись письмена, как на этом лезвии. Но как только Тай подверг книгу микроструктурному анализу – письмена исчезли, так что доказать подлинность находки ему не удалось. Самое странное, что в расшифрованной Таем части текста упоминается о кинжале с рукояткой, увенчанной сапфиром в тысячу карат… Цена одного этого камня составит несколько миллионов федеральных кредитов. Теперь вы очень богатый человек.

– Я не собираюсь его продавать.

– И совершенно напрасно. В тексте сказано, что владелец кинжала в конце концов погибает именно от него. Будьте осторожны.

Он нехотя протянул мне кинжал и несколько секунд с таким вожделением смотрел на ножны, в которых исчезло лезвие, что угроза моей жизни показалась мне вполне реальной.

Я поспешил сгладить возникшую между нами неловкость.

– Я хотел бы помочь вашему другу. Я даже готов во имя археологии пожертвовать своей находкой. Но, к сожалению, этот кинжал, как я уже говорил, не желает менять хозяина

– Не могу в это поверить.

– У вас есть надежный сейф?

– Ну, разумеется.

Он повернулся и открыл у себя за спиной замаскированный в стене ящичек. Я заметил, что его стенки сделаны из бериллиевого сплава наивысшей прочности.

– Если этот нож останется в вашем сейфе более часа, считайте, что я его вам подарил.

Он посмотрел на меня как на сумасшедшего, ничего не сказал, торопливо сунул кинжал глубоко внутрь сейфа и запер его. Ключ он куда-то спрятал, пока мы шли к двери его кабинета, настолько ловко, что даже я, с моей профессиональной наблюдательностью, не заметил, каким образом он ухитрился это сделать.

Как только мы покинули кабинет Коленского, я вновь очутился в странном мире подземного института. Мы шли по висячему мосту, соединявшему противоположные концы рабочего зала. Сверху зал напоминал пчелиные соты. Не доходившие до потолка перегородки разделяли его на небольшие клетушки, заполненные