-
Позволяет вспомнить

Вскоре Крайдайки почувствовал, что из отражений что-то формируется.
И когда его сознание инженера уснуло, рядом с ним плыла тень богини.
Это плыла Нукапай... призрак из ряби. Черное гладкое тело ушло во тьму, и
переборка, которая словно растворилась, не помешала ему.
Видения исчезали. Вода вокруг Крайдайки потемнела, и Нукапай
перестала быть просто тенью, пассивным слушателем его песни. Блеснули ее
зубы-иглы, и она запела сама.

В близости
Воды
В бесконечных
Слоях сна
Где горбатый кит
Старый родич
Поет песни
Серьезным рыбам
Там найдешь меня
Блуждающий брат
Даже в этом
Человеческом ритме
Где люди
И другие прямоходящие
Развлекают
Сами звезды...

Сердцебиение Крайдайки блаженно замедлилось. Он уснул рядом с богиней
сна. Она немного посмеивалась над ним за то, что он инженер, за то, что
стихи его на жестком четком тринари, а не на хаотичном праймале его
предков.
Она приветствовала его на Пороге Моря, где сойдет и тринари, где он
лишь слегка слышит гнев "сна китов" и древних богов, живущих здесь. Именно
так может воспринять океан его сознание инженера.
Каким неуклюжим кажется иногда тринари! Рисунок перекрывающих друг
друга тонов и символов почти по-человечески точен... и по-человечески
ограничен.
Он вырос, считая эти условия обязательными. Часть его мозга
генетически преобразована и напоминает мозг человека. Но время от времени
прорываются хаотичные звуковые образы, насмешливо намекая на древнее
пение.
Нукапай сочувственно защелкала. Улыбнулась...
Нет! Ничего такого обезьянье-сухопутного она не сделала! Из всех
китовых только неодельфины умеют улыбаться пастью.
Нукапай сделала нечто иное. Она погладила его по боку, ласковейшая из
богинь, и сказала:

Пребывай в мире
Это Суть
И инженеры
Далеко от океана
Все еще ее слышат.

Напряжение последних недель наконец покинуло его, и он уснул. Дыхание
Крайдайки сверкающими каплями конденсировалось на потолочной переборке.
Ветер из ближайшего вентиляционного отверстия сдувал эти капли, и они
падали в воду мягким дождем.


Когда в метре от него появилось изображение Игнасио Метца, Крайдайки
не сразу воспринял его.
- Капитан... - сказало изображение. - Я звоню с мостика. Боюсь,
галакты обнаружили нас раньше, чем мы ожидали...
Крайдайки не обращал внимания на этот ничтожный голос, возвращающий
его к делам и битвам. Он лежал в вяло раскачивающихся водорослях и слушал
звуки ночи. И лишь сама Нукапай разбудила его. Исчезая, она мягко
напомнила:

Долг, долг - и честь
Честь, Крайдайки
Проснись и раздели ее.

Лишь Нукапай могла себе позволить безнаказанно разговаривать с
Крайдайки на праймале. Он не мог игнорировать богиню сна, как не мог не
обращать внимания на свою совесть. Один его глаз сфокусировался на
голограмме назойливого