чудо для него… о том, чтобы тело его снова было здоровым? Он знал, что это нечестно, испытывать веру Квимо ради такого как он сам злого недоверка.
Но молитва не прерывалась.
— Ele deu tudo aos pequeninos, fazemos a ti.
Миро хотелось прервать брата. Если он отдал его для свинксов, то сделал это ради них, а не ради себя. Но слова Квимо успокоили его.
— Ты сам сказал, Спаситель, что все, сделанное нами ради братьев наших наименьших, тебе будет сделано.
Совершенно так, как будто Квимо требовал, чтобы Бог сдержал свою часть договора. Видно, и вправду необычные связи должны были существовать у него с Богом, раз имел право напоминать о счетах.
— Ele nao? como J?, perfeito na cora?ao.
Нет, я вовсе не так совершенен как Иов. Но так же, как и он, я утратил все. Другой мужчина дал детей женщине, которая стала бы моей женой. Другим достались все мои достижения. У Иова были язвы и струпья, а у меня этот частичный паралич. Поменялся бы он со мною?
— Restabele?e ele como restabeleceste J?. Em nome do Pai, e do Filho, e do Espirito Santo. Amem.
Верни его к себе, как вернул ты Иова.
Миро почувствовал, что объятия Квимо освобождают его. Он поднялся, как будто это они, а не сила гравитации, прижимали его к груди брата. На скуле у Квимо темнел синяк. Губа кровоточила.
— Я тебя поранил, — сказал Миро. — Прости.
— Ну конечно, — согласился Квимо. — Ты ранил меня, я ранил тебя. Здесь это популярное развлечение. Помоги мне подняться.
На мгновение, на одно ничтожное, преходящее мгновение, Миро позабыл, что он калека, что сам с трудом сохраняет равновесие. И пока оно длилось, он начал протягивать руку. Но тут же пошатнулся и обо всем вспомнил.
— Не могу, — вздохнул он.
— Хватит стонать над своим недостатком и подай мне руку.
Миро расставил ноги пошире и склонился над братом — своим младшим братом, который теперь был старше почти что на три десятка лет, а еще на более — мудростью и сочувствием. Он протянул руку. Квимо подхватило ее и с помощью Миро поднялся с земли. Это было весьма трудное предприятие, потребовавшее массу сил; у Миро их не хватало, а Квимо вовсе и не притворялся: он и вправду опирался на брата. Наконец они встали лицом к лицу, плечом к плечу, все еще сжимая руки друг друга.
— Ты отличный священник, — заявил Миро.
— Наверняка, — ответил на это Квимо. — А если мне когда-нибудь понадобится спарринг-партнер, я обязательно позову тебя.
— А Бог ответит на твою молитву?
— Обязательно. Бог отвечает на все молитвы.
Миро практически сразу понял, что Квимо имеет в виду.
— Мне важно знать, скажет ли он: да.
— Как же. Как раз в этом-то я и не уверен. Если так случится, обязательно сообщи мне.
Квимо, спотыкаясь, направился к дереву. Он наклонился и поднял с земли две говорящие палки.
— О чем ты хочешь говорить с Корнероем?
— Он прислал мне известие, что мне следует с ним поговорить. В одном из лесов, довольно-таки далеко отсюда, родилась ересь.
— Что, ты приводишь их к Богу, а они потом сходят с ума?
— Не совсем так. В тех краях я никогда не провозглашал слова божьего. Отцовские деревья общаются друг с другом, так что христианские идеи уже проникли в самые дальние уголки нашего мира. И, как обычно это бывает, ересь ширится быстрее истины. Корнерой же мучается угрызениями совести, поскольку именно эта ересь опирается на некоторых из его размышлений.
— Я понимаю, что для тебя это очень важное дело.
Квимо скорчил мину.
— Не только для меня.
— Извини. Я имел в виду Церковь. Верующих.
— Дело в том, Миро, что это не чисто теологическая проблема. Наши поросята создали весьма интересную ересь. Когда-то, очень давно, Корнерой предложил, что как Христос пришел к людям, так и Дух Святой однажды может прийти и к свинксам. Это очень серьезная